<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM//DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.3 20210610//EN" "JATS-journalpublishing1-3.dtd">
<article article-type="research-article" dtd-version="1.3" xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" xml:lang="ru"><front><journal-meta><journal-id journal-id-type="publisher-id">diright</journal-id><journal-title-group><journal-title xml:lang="ru">Цифровое право</journal-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Digital Law Journal</trans-title></trans-title-group></journal-title-group><issn pub-type="epub">2686-9136</issn><publisher><publisher-name>Maxim Inozemtsev</publisher-name></publisher></journal-meta><article-meta><article-id pub-id-type="doi">10.38044/2686-9136-2025-6-2</article-id><article-id custom-type="elpub" pub-id-type="custom">diright-281</article-id><article-categories><subj-group subj-group-type="heading"><subject>Research Article</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="ru"><subject>ЗАМЕТКИ</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="en"><subject>NOTES</subject></subj-group></article-categories><title-group><article-title>Проблемы правового регулирования венчурных фондов как инструмента развития инновационных технологий в России</article-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Problems of legal regulation of venture capital as a tool for developing innovative technologies in Russia</trans-title></trans-title-group></title-group><contrib-group><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0009-0002-7120-5639</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Полева</surname><given-names>Е. К.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Poleva</surname><given-names>E. K.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>студент </p><p>353900, Новороссийск, ул. Коммунистическая, 36/37</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Ekaterina K. Poleva — student</p><p>36/37, Kommunisticheskaya st., Novorossiysk, 353900</p></bio><email xlink:type="simple">e.rifin@mail.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-0260-9325</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Холевчук</surname><given-names>А. Г.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Holevchuk</surname><given-names>A. G.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой государственных и гражданско-правовых дисциплин </p><p>353900, Новороссийск, ул. Коммунистическая, 36/37</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Artur G. Holevchuk — Ph.D. in Law, Associate Professor, Head of the Department of State and Civil Law Disciplines</p><p>36/37, Kommunisticheskaya st., Novorossiysk, 353900</p></bio><email xlink:type="simple">aholevchuk@mail.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-2"/></contrib></contrib-group><aff-alternatives id="aff-1"><aff xml:lang="ru"><institution>Московский гуманитарно-экономический университет (Новороссийский институт (филиал))</institution><country>Россия</country></aff><aff xml:lang="en"><institution>Moscow University of Humanities and Economics (Novorossiysk Institute (branch))</institution><country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><aff-alternatives id="aff-2"><aff xml:lang="ru"><institution>Московский гуманитарно-экономический университет(Новороссийский институт (филиал))</institution><country>Россия</country></aff><aff xml:lang="en"><institution>Moscow University of Humanities and Economics (Novorossiysk Institute (branch))</institution><country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><pub-date pub-type="collection"><year>2025</year></pub-date><pub-date pub-type="epub"><day>16</day><month>10</month><year>2025</year></pub-date><volume>6</volume><issue>1</issue><fpage>129</fpage><lpage>139</lpage><permissions><copyright-statement>Copyright &amp;#x00A9; Полева Е.К., Холевчук А.Г., 2025</copyright-statement><copyright-year>2025</copyright-year><copyright-holder xml:lang="ru">Полева Е.К., Холевчук А.Г.</copyright-holder><copyright-holder xml:lang="en">Poleva E.K., Holevchuk A.G.</copyright-holder><license license-type="creative-commons-attribution" xlink:href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/" xlink:type="simple"><license-p>This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.</license-p></license></permissions><self-uri xlink:href="https://www.digitallawjournal.org/jour/article/view/281">https://www.digitallawjournal.org/jour/article/view/281</self-uri><abstract><p>Современное состояние общества требует развития информационных технологий и качественной цифровизации различных сфер жизни общества. Во всем мире уже признается важность и необходимость планомерной и эффективной поддержки разработчиков различных форм инновационных технологий: создаются различные меры поддержки инновационных компаний. Зарубежные страны активно поддерживают создание венчурных фондов. Настоящая статья на материалах статистических данных последних лет анализирует основные проблемы и выявляет ключевые недостатки правового регулирования венчурного инвестирования в Российской Федерации. Авторы намечают пути решения этих проблем, а именно: реформа законодательства о венчурном инвестировании, предоставление реальных гарантий и льгот инвесторам с целью создания благоприятного инвестиционного климата.</p></abstract><trans-abstract xml:lang="en"><p>The modern order requires the development of information technologies, artificial intelligence technologies and high-quality digitalization of various spheres of society. The importance and necessity of systematic and effective support for developers of various forms of innovative technologies is already recognized worldwide: various measures are being created to support innovative companies. Foreign countries actively support the creation of venture funds. This study examines key challenges in the legal regulation of venture investment in Russia using recent statistical data. The authors identify systemic shortcomings in current legislation and substantiate the need for comprehensive reforms, including revisions to the regulatory framework, implementation of substantive investor protections, and development of incentive mechanisms. The proposed measures aim to establish a sustainable venture financing ecosystem in the Russian Federation.</p></trans-abstract><kwd-group xml:lang="ru"><kwd>венчурные фонды</kwd><kwd>инновационные кампании</kwd><kwd>стартап</kwd><kwd>инвестиционная деятельность</kwd><kwd>российское законодательство</kwd><kwd>меры финансовой поддержки разработки инновационных технологий</kwd></kwd-group><kwd-group xml:lang="en"><kwd>venture funds</kwd><kwd>innovation campaigns</kwd><kwd>Russian legislation</kwd><kwd>startup</kwd><kwd>investment activity</kwd><kwd>financial support measures for the development of innovative technologies</kwd></kwd-group></article-meta></front><body><sec><title>Введение</title><p>Указ Президента Российской Федерации «Об утверждении приоритетных направлений научно-технологического развития и перечня важнейших наукоемких технологий»1 предопределил важность развития отечественных инновационных технологий. Современный этап развития общества требует, чтобы инновационные технологии разрабатывались частными лицами и организациями. Постановлением Правительства от 22 декабря 2020 года № 2204 регламентируются вопросы реализации государственной поддержки инновационных компаний посредством венчурного финансирования, устанавливаются дополнительные меры поддержки лиц, осуществляющих инновационную деятельность2. Вместе с тем статистические данные о состоянии рынка венчурного финансирования в России указывают на отсутствие предусмотренных законодателем мер поддержки как инновационных компаний, так и лиц, оказывающих их финансирование, в частности венчурных фондов. Риски, связанные с венчурным финансированием инновационной деятельности, во многом превышают льготы и иные меры поддержки, предусмотренные законодателем для венчурных фондов.</p><p>В соответствии с изложенным основной целью исследования является установление связи между падением рынка венчурного финансирования в России и его правовым регулированием для оптимизации действующего законодательства в части правовой регламентации механизмов венчурного финансирования, определения их экономической составляющей. К задачам исследования также относятся выявление наиболее эффективных мер поддержки, оказываемой венчурным фондам, анализ состояния венчурного рынка в России.</p></sec><sec><title>Результаты</title></sec><sec><title>Дискуссия</title></sec><sec><title>Ключевые проблемы</title><p>Одним из способов финансирования деятельности инновационных компаний является венчурное финансирование посредством венчурных фондов. В действующем законодательстве отсутствует прямое определение понятия «венчурный фонд». Отдельные признаки этого явления можно выявить, если обратиться к толкованию термина «инвестиционный фонд», который раскрывается в Постановлении Правительства Российской Федерации от 22 декабря 2020 года № 22044. Так, инвестиционный фонд — являющийся или не являющийся юридическим лицом венчурный фонд и (или) фонд прямых инвестиций5, созданный и (или) финансируемый с использованием внебюджетных средств, а также средств государственной поддержки, в том числе предоставленных институтом инновационного развития, его дочерним обществом, осуществляющий вложение привлекаемых средств в «портфельные» компании и (или) в конечных получателей государственной поддержки. Из вышесказанного следует, что венчурный фонд является инвестиционным фондом, который может как являться, так и не являться юридическим лицом, создается и (или) финансируется с использованием как внебюджетных средств, так и средств государственной поддержки. Основной целью венчурного фонда является осуществление венчурного финансирования, которое, в свою очередь, определяется в качестве рисковой деятельности, направленной на инвестирование в деятельность инновационных компаний. Венчурный фонд является инвестиционным фондом, вкладывающим средства в ценные бумаги или доли в инновационных предприятиях и проектах с относительно высокой степенью риска в ожидании чрезвычайно высокой прибыли. Таким фондам законодательно разрешено приобретать корпоративные права, кредитовать проекты с применением векселей и не диверсифицировать риски.</p><p>Венчурное финансирование является рисковой деятельностью, о чем свидетельствует высокий уровень банкротств венчурных фондов и компаний, деятельность которых они финансируют. Венчурные фонды согласно рассмотренному ранее Постановлению призваны инвестировать в деятельность инновационных компаний. Однако не совсем понятна сущность таких компаний и какими признаками они должны обладать, чтобы признаваться субъектами инновационной деятельности. Инновационная деятельность представляет собой комплекс научных, технологических, организационных, финансовых и коммерческих мероприятий, направленных на коммерциализацию накопленных знаний, технологий и оборудования, результатом которых являются новые или дополнительные товары и услуги либо товары и услуги с новыми качествами. Именно таким компаниям государство оказывает поддержку посредством венчурного финансирования.</p><p>Инновационные проекты — понятие, приводимое законодателем в тексте вышеназванного Постановления, — также называют термином «стартап», однако данный термин легально не закреплен. Под стартапом следует понимать начальную стадию инновационной предпринимательской деятельности, выраженную в наличии инновационной идеи, разработке или готовой инновации, осуществляемой, как правило, за счет венчурных инвестиций, а также отличающейся динамичным экономическим развитием или спадом субъекта инновационной предпринимательской деятельности, находящегося на данной стадии (Sukhorukov, 2022).</p><p>В соответствии со статистикой, приведенной Dsight и B16, за первое полугодие 2024 года в России осуществлено 74 сделки по венчурному финансированию на сумму 91 миллион долларов (детали см. в таблице 1).</p><p>В соответствии со статистикой Агентства инноваций Москвы за период 2017–2023 гг. объем инвестиций в России достиг исторического минимума, при этом львиная доля венчурного инвестирования по регионам приходится на Москву. Нельзя не отметить, что доля сделок по инвестированию российских венчурных фондов занимает лишь 44% от общего числа сделок, проведенных в 2023 году. Вместе с тем в 2020 году в России осуществляли деятельность 256 уникальных инвесторов, в 2021 году это число выросло до 380, в 2022 году упало до 216, в то время как в 2023 году уникальных инвесторов в России осталось лишь 104. Также обратим внимание, что российские венчурные фонды вкладываются в большинстве своем скорее в деятельность зарубежных инвестиционных компаний. Так, по данным Агентства инноваций Москвы7, 51% активных фондов инвестируют только в российские компании, в то время как 37% — только в иностранные. За 2024 год 44 сделки пришлись на «посевную» стадию развития стартапов, 20 сделок по инвестированию пришлось на раннюю стадию развития, а 10 сделок по инвестированию пришлось на позднюю стадию. Распределение активности инвестиционной деятельности посредством венчурного финансирования за 2024 г. по отраслям показано в таблице 2.</p><p>Приведенная статистика указывает на сокращение венчурного финансирования в России за последние 8 лет, при этом такое явление не могло пройти незаметно как для лиц, осуществляющих инновационную деятельность, так и для экономики России в целом. Так, наблюдается усложнение привлечения раннего капитала: стартапы на стадии идеи или начального роста теперь вынуждены конкурировать за ограниченные ресурсы. В России есть факт задержки развития инноваций, поскольку без достаточного финансирования технологические проекты не могут выйти на рынок или масштабироваться.</p><p>Кроме того, законодательством предусмотрены налоговые льготы для инвесторов, специальные инвестиционные контракты между инвесторами и Российской Федерацией, а также ее субъектами, однако таких мер недостаточно для того, чтобы российские инвесторы шли на риски и вкладывали денежные средства в российские инновационные проекты.</p><p>Вместе с тем условия ограничительных мер, в которых пребывает российская экономика, замедляют ее развитие, что повлекло за собой сокращение международной интеграции, поэтому многие компании остались без доступа к глобальным партнерам и рынкам. К причинам спада венчурного финансирования в России относится следующее.</p><p>Одной из причин замедленного развития инновационной деятельности в Российской Федерации и венчурного финансирования этой деятельности является фактическое отсутствие нормативных правовых актов, непосредственно связанных с регулированием процессов правоотношений, складывающихся в венчурной экосистеме. Де-факто часть нормативных правовых актов направлена на урегулирование самого процесса инвестиционной деятельности8, другая же часть направлена на непосредственное правовое регулирование процессов, возникающих при осуществлении инновационной деятельности (разработка новых технологий, инноваций и др.)9.</p><table-wrap id="table-1"><caption><p>Таблица 1 / Table 1</p><p>Сделки по венчурному инвестированию / Venture Capital Deals</p></caption><table><tbody><tr><td>Тип инвестора</td><td>Количество сделок</td></tr><tr><td>Частные фонды</td><td>18</td></tr><tr><td>Частные инвесторы («бизнес-ангелы»)</td><td>33</td></tr><tr><td>Краудфандинг</td><td>6</td></tr><tr><td>Корпоративные частные фонды</td><td>7</td></tr><tr><td>Государственные компании и фонды</td><td>9</td></tr><tr><td>Иные</td><td>1</td></tr><tr><td>Всего сделок</td><td>74</td></tr></tbody></table></table-wrap><table-wrap id="table-2"><caption><p>Таблица 2 / Table 2</p><p>Сделки венчурного финансирования по отраслям за 2024 г. /Venture Capital Deals by Industry in 2024</p></caption><table><tbody><tr><td>Сфера деятельности</td><td>Количество сделок</td></tr><tr><td>Бизнес технологии (B2B Software)</td><td>8</td></tr><tr><td>Потребительские технологии</td><td>7</td></tr><tr><td>Искусственный интеллект и нейросети</td><td>7</td></tr><tr><td>Технологии в пищевой индустрии</td><td>6</td></tr><tr><td>Технологии в здравоохранении</td><td>5</td></tr><tr><td>Образовательные технологии</td><td>5</td></tr><tr><td>Другие</td><td>35</td></tr><tr><td>Всего сделок</td><td>73</td></tr></tbody></table></table-wrap><p>Анализ федерального закона «Об инвестиционных фондах» позволяет также сказать10, что современному российскому праву не хватает специальных норм, разрешающих урегулировать различные виды инвестиционных фондов более эффективным образом. Ввиду отсутствия в законе указания на терминологию различных видов инвестиционных фондов не представляется провести разграничение, например, фонда прямых инвестиций от венчурных фондов, невозможно определить возможную для каждого из видов инвестиционных фондов организационно-правовую форму, ограничения в деятельности, объекты инвестирования и др. Вследствие вышесказанного необходимым видится разработка специализированных и узконаправленных (по видам инвестиционных фондов) поправок в гражданское законодательство.</p><p>Однако отсутствие законодательного регулирования взаимодействия компаний, осуществляющих инновационную деятельность, и венчурных фондов, призванных ее финансировать, не является основной проблемой, мешающей развитию рынка венчурного финансирования. Развитие рынка венчурного финансирования — это комплексная проблема. В соответствии с вышеприведенной статистикой наблюдается:</p><p>Таким образом, можно сделать вывод, что, несмотря на стабильное развитие венчурного бизнеса в России, существует и ряд проблем, препятствующих его быстрому и эффективному росту. Изменения в области государственной инновационной политики позволят преодолеть имеющиеся трудности и в полной мере реализовать потенциал данной области. Вышеприведенные проблемы в современных условиях развития российской государственности могут быть разрешены следующими способами.</p><p>Оптимизация мер государственной поддержки венчурного финансирования, способных отчасти уменьшить риски венчурных фондов, которые они приобретают при финансировании инновационных стартапов. Существующие налоговые льготы для инвесторов — это лишь первый шаг к созданию нормальной поддержки инвестиционной деятельности, венчурным фондам необходимо предоставлять субсидии и гранты. Гранты для стартапов, в свою очередь, снизят нагрузку на рынок венчурного финансирования. В качестве одного из видов помощи венчурным инвесторам со стороны государства могут послужить программы софинансирования, где государство выступает соинвестором вместе с частными инвесторами. Здесь отдельно следует говорить о необходимости предоставления со стороны государства неких гарантий для части инвестиционных вложений, осуществляемых инвестором, для снижения инвестиционных рисков в случае с высокотехнологичными стартапами, можно в том числе ввести систему страхования венчурных инвестиций (Vakhrushev &amp; Kulebyakin, 2011).</p></sec><sec><title>Пути решения</title></sec><sec><title>Заключение</title><p>Венчурное финансирование является критически важным институтом развития высокорискового малого бизнеса, поскольку венчурное финансирование зачастую является единственным источником капитала для такого рода деятельности. Деятельность венчурных фондов ценна не только тем, что оказывает финансовую поддержку зарождающимся и развивающимся высокотехнологичным компаниям, но и тем, что наработанный практический опыт позволяет ускорять процессы коммерциализации бизнес-идей и достигать максимального рыночного успеха. Особенности организации процессов венчурного инвестирования в высокотехнологичные проекты на национальном уровне во многом зависят от степени развитости рынка, которая определяется качеством необходимого правового регулирования.</p><p>При создании нормативно-правовой базы, регулирующей высокорисковое инвестирование, следует учитывать ориентацию на малые и средние предприятия, предоставление налоговых льгот и преференций, стимулирующих венчурные вложения, а также ограничение на осуществление венчурных инвестиций в определенных отраслях и сферах бизнеса. Эти меры могут способствовать созданию благоприятной среды для развития венчурного инвестирования в России, привлечению капитала и поддержке инновационных проектов. Однако их реализация требует комплексного подхода и взаимодействия между государством, бизнесом и научным сообществом.</p><p>1 Указ Президента РФ от 18.06.2024 № 529. http://publication.pravo.gov.ru/document/0001202406180018
2 Постановление Правительства РФ «О некоторых вопросах реализации государственной поддержки инновационной деятельности, в том числе путем венчурного и (или) прямого финансирования инновационных проектов, и признании утратившими силу акта Правительства Российской Федерации и отдельного положения акта Правительства Российской Федерации» № 2204 от 22.12.2020. http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001202012250071
3 Собрание законодательства Российской Федерации от 2001 г., № 49, ст. 4562.
4 Постановление Правительства РФ «О некоторых вопросах реализации государственной поддержки инновационной деятельности, в том числе путем венчурного и (или) прямого финансирования инновационных проектов, и признании утратившими силу акта Правительства Российской Федерации и отдельного положения акта Правительства Российской Федерации» от 22.12.2020 № 2204. http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001202012250071
5 Текст нормативного правового акта уточняет: «в том числе паевой инвестиционный фонд, инвестиционное товарищество, иностранная структура без образования юридического лица, фонд в иной организационно-правовой форме в соответствии с применимым законодательством, иные формы коллективных инвестиций».
6 Dsight, Nextons, &amp; Группа компаний «Б1». (2024). Венчурная Евразия: Итоги 1П 2024 г. https://b1.ru/upload/sprint.editor/793/3kz3gkpkm9f75fr17049xn21hskem3zp/b1-dsight-venture-eurasia-results-1h-2024-review.pdf
7 Агентство инноваций Москвы. (2024, март). Рынок венчурных инвестиций России 2023. https://portal.inno.msk.ru/uploads/agency-sites/analytics/research/Venture_report_Russia_2023.pdf/
8 См., в частности: Федеральный закон «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» от 25.02.1999 № 39-Ф3. Собрание законодательства Российской Федерации от 1999 г., № 9, ст. 1096; Федеральный закон «Об инвестиционных фондах» от 29.11.2001 № 156-ФЗ. Собрание законодательства Российской Федерации от 2001 г., № 49, ст. 4562.
9 См., в частности: Распоряжение Правительства РФ «Об утверждении Концепции технологического развития на период до 2030 года» от 20.05.2023 № 1315-р. Собрание законодательства Российской Федерации, 29.05.2023, № 22, ст. 3964; Федеральный закон «О науке и государственной научно-технической политике» от 23.08.1996 № 127-ФЗ. Собрание законодательства Российской Федерации, 1996 г., № 35, ст. 4137.
10 Федеральный закон «Об инвестиционных фондах» от 29.11.2001 № 156-ФЗ. Собрание законодательства Российской Федерации от 2001 г., № 49, ст. 4562.
</p></sec></body><back><ref-list><title>References</title><ref id="cit1"><label>1</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Gavrilina, D., &amp; Elkin, M. (2022). Strategic development of venture funds in Russia. Strategizing: Theory and Practice, 2(3), 454–469. https://doi.org/10.21603/2782-2435-2022-2-3-454-469</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Gavrilina, D., &amp; Elkin, M. (2022). Strategic development of venture funds in Russia. Strategizing: Theory and Practice, 2(3), 454–469. https://doi.org/10.21603/2782-2435-2022-2-3-454-469</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit2"><label>2</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Kobernyuk, E., Stiles, D., &amp; Ellson, T. (2014). International joint ventures in Russia: Cultures’ influences on alliance success. Journal of Business Research, 67(4), 471–477. https://doi.org/10.1016/j.jbusres.2013.03.034</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Kobernyuk, E., Stiles, D., &amp; Ellson, T. (2014). International joint ventures in Russia: Cultures’ influences on alliance success. Journal of Business Research, 67(4), 471–477. https://doi.org/10.1016/j.jbusres.2013.03.034</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit3"><label>3</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Sukhorukov, A. V. (2022). Opredeleniye «startap» v pravovom regulirovanii innovatsionnoy predprinimatel’skoy deyatel’nosti v Rossiyskoy Federatsii [The definition of a «startup» in the legal regulation of innovative entrepreneurial activity in the russian federation]. Obrazovanie i Pravo, (8), 241–244.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Sukhorukov, A. V. (2022). Opredeleniye «startap» v pravovom regulirovanii innovatsionnoy predprinimatel’skoy deyatel’nosti v Rossiyskoy Federatsii [The definition of a «startup» in the legal regulation of innovative entrepreneurial activity in the russian federation]. Obrazovanie i Pravo, (8), 241–244.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit4"><label>4</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Vakhrushev, D., Kulebyakin, K. (2011). Formirovaniye adekvatnykh institutsional’nykh usloviy deyatel’nosti venchurnykh fondov v strategicheskom napravlenii razvitiya innovatsionnoy deyatel’nosti v Rossii [Formation of adequate institutional conditions for venture funds activity in the strategic area of innovation activity development in russia]. Actualʹnye Problemy Ekonomiki i Prava, (3), 76–81.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Vakhrushev, D., Kulebyakin, K. (2011). Formirovaniye adekvatnykh institutsional’nykh usloviy deyatel’nosti venchurnykh fondov v strategicheskom napravlenii razvitiya innovatsionnoy deyatel’nosti v Rossii [Formation of adequate institutional conditions for venture funds activity in the strategic area of innovation activity development in russia]. Actualʹnye Problemy Ekonomiki i Prava, (3), 76–81.</mixed-citation></citation-alternatives></ref></ref-list><fn-group><fn fn-type="conflict"><p>The authors declare that there are no conflicts of interest present.</p></fn></fn-group></back></article>
