Preview

Цифровое право

Расширенный поиск

Цифровизация госкомпаний

https://doi.org/10.38044/2686-9136-2021-2-1-83-93

Полный текст:

Аннотация

В статье анализируются правовые акты, регулирующие общественные отношения в сфере цифро-

вой трансформации государственных корпораций и компаний с государственным участием. При этом целью исследования является установление приоритетных организационно-экономических и управленческих направлений такого реформирования и их проектируемое содержание. Достижение целей исследования обеспечивается использованием формально-юридических методов познания. Прежде всего, статья обращает внимание на выработку целей цифровой трансформации госкомпании исследуя такие трансформации как: создание целевой бизнес-модели, системы целей и ключевых показателей эффективности цифровой трансформации, определение стратегических направлений развития цифровой трансформации и горизонтов планирования стратегии цифровой трансформации. При этом отдельное внимание уделяется разработке и реализации инициатив по внедрению цифровых решений и цифровой инфраструктуры; развитию поставщиков цифровых решений; организационным мероприятиям в рамках цифровой трансформации; мероприятиям по программному импортозамещению; а также мероприятиям по обеспечению информационной безопасности в рамках цифровой трансформации. Самостоятельным направлением цифровой трансформации госкомпаний признано совершенствование

«качества» их кадрового состава и формирование культуры цифровой трансформации. Это потребовало обособление таких направлений как: выработка модели цифровых компетенций и кадрового обеспечения цифровой трансформации госкомпании; оценка потребности в кадрах, обладающих специальной компетенцией; обучение цифровым навыкам и развитие цифровых компетенций сотрудников госкомпании; управление сотрудниками цифровых специальностей; планирование и проведение мероприятий по развитию цифровой культуры и культуры информационной безопасности госкомпании. В завершении делается вывод об универсальности предлагаемых направлений цифровизации госкомпаний и их применимости к деятельности иных организаций (прежде всего частных).

Введение

Президентом РФ в Указе от 21 июля 2020 г. № 474 «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года» поставлена задача к 2030 году «обеспечить цифровую трансформацию». Новая национальная цель развития России пришла на смену ранее установленной цели «обеспечения ускоренного внедрения цифровых технологий в экономике и социальной сфере» (Указ Президента РФ от 07.05.2018 № 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года»). Не трудно заметить, что в настоящее время задача поставлена более чем широко. Вместе с тем по справедливому замечанию Williams et al. (2018), именно в цифровизации экономических отношений наблюдается наибольший прогресс (что в целом вполне закономерно, так как изначально акцент был сделан на эту сферу).

Безусловно, решение грандиозной задачи, поставленной главой государства, потребует больших усилий в самых разных сферах жизни (Karasev et al., 2019). Не ставя перед собой цели определения и раскрытия всех направлений цифровой трансформации в России, хотелось бы обратить внимание на перспективы цифровизации государственных корпораций и компаний с государственным участием (далее госкомпании). Такие субъекты гражданских отношений наиболее подвержены нормативному воздействию государства (как своего учредителя) и как раз они являются примером цифровизации для иных организаций (прежде всего частных). Кроме того именно госкомпании зачастую создают необходимую инфраструктуру цифровизации (Álvarez Royo-Villanova, 2020). Например, пилотный проект Сбербанка РФс 2018 года осуществляющий сбор биометрических данных. Более того, госкомпании могут использовать целевое государственное финансирование для внедрения новых электронных технологий и средств в организацию своей деятельности.

Вместе с тем перед госкомпаниями в России стоит нетривиальный вопрос, что означает «цифровая трансформация» и в чем она должна выражаться? Сложность ответа на этот вопрос заключается в двух обстоятельствах. Во-первых, в РФ отсутствует комплексный федеральный закон, который бы определял направления цифровой трансформации, ее этапы, ответственных лиц, источники финансирования или хотя бы легализовал используемый понятийный аппарат. Во-вторых, сегодня вопросы цифровизации регулируются крайне большим числом разрозненных актов, многие из которых вообще не входят в традиционную для России систему источников права. Например, значительный массив положений содержит национальная программа «Цифровая экономика Российской Федерации», утвержденная протоколом заседания Президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам от 4 июня 2019 г. № 7. Вместе с тем сам Совет при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам не является органом власти и юридическая сила его решений неясна (что, кстати, подтверждается и формой акта — протокол).

Таким образом, целями настоящей публикации является уяснение правого поля цифровой трансформации, то есть тех актов, которые что-либо определяют в сфере цифровизации (прежде всего госкомпаний), а также направлений цифровизации госкомпаний. Думается, что в современных условиях такой перечень сам по себе обладает ценностью.

Мы предлагаем включить следующие акты:

1. Указ Президента Российской Федерации от 9 мая 2017 г. № 203 «О стратегии развития информационного общества Российской Федерации на 2017–2030 годы» и принятые в его развитие перечни поручений Президента Российской Федерации от 24 января 2020 г. № Пр-113 и от 3 июля 2020 г. № Пр-1068.

2. Национальная программа «Цифровая экономика Российской Федерации», утвержденная протоколом заседания президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам от 4 июня 2019 г. № 7.

3. Паспорт федерального проекта «Цифровые технологии», утвержденный протоколом заседания президиума Правительственной комиссии по цифровому развитию, использованию информационных технологий для улучшения качества жизни и условий ведения предпринимательской деятельности от 28 мая 2019 г. № 9.

4. Паспорт федерального проекта «Информационная безопасность», утвержденный протоколом заседания президиума Правительственной комиссии по цифровому развитию, использованию информационных технологий для улучшения качества жизни и условий ведения предпринимательской деятельности от 28 мая 2019 г. № 9.

5. Паспорт федерального проекта «Кадры для цифровой экономики», утвержденный протоколом заседания президиума Правительственной комиссии по цифровому развитию, использованию информационных технологий для улучшения качества жизни и условий ведения предпринимательской деятельности от 28 мая 2019 г. № 9.

6. Постановление Правительства Российской Федерации от 15 апреля 2014 г. № 313 «Об утверждении государственной программы Российской Федерации “Информационное общество”».

7. Постановление Правительства Российской Федерации от 2 марта 2019 г. № 234 «О системе управления реализацией национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации».

8. Постановление Правительства Российской Федерации от 10 июля 2019 г. № 878 «О мерах стимулирования производства радиоэлектронной продукции на территории Российской Федерации при осуществлении закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, о внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 16 сентября 2016 г. № 925 и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации».

9. Постановление Правительства Российской Федерации от 16 ноября 2015 г. № 1236 «Об установлении запрета на допуск программного обеспечения, происходящего из иностранных государств, для целей осуществления закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд» и другие.

Главным недостатком законодательного регулирования является пробел именно в законодательном, а не подзаконном правовом регулировании, поскольку специальный акт высшего уровня о цифровой трансформации в России не принят на настоящий момент. Еще одной проблемой является фрагментарность правового регулирования цифровизации.

Вместе с тем анализ приведенных выше актов (и некоторых других) позволяет выделить следующие направления цифровой трансформации государственных корпораций и компаний с государственным участием:

1. Анализ текущего состояния и перспективы цифровой трансформации госкомпании.

2. Выработка целей цифровой трансформации госкомпании.

3. Разработка дорожной карты цифровой трансформации госкомпании.

4. Совершенствование «качества» кадрового состава госкомпании и формирование культуры цифровой трансформации.

Безусловно, предлагаемый подход является обобщенным и примерным, но он позволит комплексно представить ответ на вопрос, что конкретно необходимо сделать, и в известной мере ответить на вопрос — в каком порядке проводить изменения. Далее, используя формально-юридический правовой метод исследования, проанализируем каждое направление отдельно.

Анализ текущего состояния госкомпаний и перспектив их цифровой трансформации

Это направление цифровой трансформации предполагает проведение аналитики цифровой трансформации отрасли, оценку цифровой зрелости госкомпании, исследование ключевых вызовов и возможностей для цифровой трансформации, а также рисков и угроз информационной безопасности в ходе реализации цифровой трансформации, в различных, в том числе чрезвычайных условиях (Frolov & Bosenko, 2020).

При этом сложность анализа заключается в том, что государственная корпорация, с одной стороны, реализует поставленные перед ней социально-экономические значимые для общества цели, но с другой, действует и как хозяйствующий субъект — осуществляет предпринимательскую деятельность, получает прибыль, инвестирует средства.

Отметим, что анализ цифровой трансформации отрасли предполагает исследование:

  • изменений в поведении потребителей;
  • изменений в бизнес-моделях игроков отрасли;
  • появление новых онлайн-платформ и цифровых экосистем;
  • изменений в технологических векторах цифровой трансформации;
  • изменений в качестве внешних условий для цифровой трансформации (например, условия финансирования, меры государственной поддержки, образовательные программы).

Оценка цифровой зрелости предусматривает анализ ключевых направлений цифровой трансформации и ключевых элементов базовых корпоративных условий для цифровой трансформации. Оценка цифровой зрелости также включает текущий уровень использования современных цифровых технологий и программного обеспечения для цифровой трансформации, а также новейших достижений в области передачи данных (Tadayoni et al., 2018).

Определение ключевых вызовов и возможностей, созданных цифровой трансформацией для повышения конкурентоспособности и развития госкомпании крайне желательно. Ключевые вызовы и возможности учитывают изменения, которые происходят в отрасли за счет цифровой трансформации и влияют на позиции госкомпании на рынке. Ключевые вызовы и возможности для цифровой трансформации госкомпании включают также текущий уровень и потенциал роста цифровой зрелости госкомпании относительно лучших российских и международных практик и решений цифровой трансформации, как общих для всех отраслей, так и специфичных для отрасли. Ключевые вызовы и возможности должны формировать достаточную обосновывающую базу для выбора стратегических направлений цифровой трансформации.

Определение рисков и угроз информационной безопасности, которые могут возникнуть в ходе реализации цифровой трансформации при внедрении в деятельность госкомпаний современных цифровых технологий, сегодня, увы, является необходимостью. Как отмечают Falch и Henten (2018), при реализации цифровой трансформации госкомпаниями предстоит определение рисков (ущерба) и угроз информационной безопасности, связанных с внедрением современных систем связи.

При реализации цифровой трансформации госкомпаниям надлежит оценить риски (ущерба) и угрозы информационной безопасности, реализация которых может привести к негативным последствиям для деятельности госкомпаний, в том числе к нарушению функционирования и утечке защищаемой информации. При оценке рисков и угроз информационной безопасности должен учитываться текущий уровень использования современных цифровых технологий.

Риски и угрозы информационной безопасности должны формировать достаточную обосновывающую базу для выбора правовых, организационных и технических мер по обеспечению информационной безопасности в ходе реализации цифровой трансформации.

Для госкомпаний, являющихся субъектами критической информационной инфраструктуры Российской Федерации, определение рисков и угроз информационной безопасности должно осуществляться в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности критической информационной инфраструктуры Российской Федерации.

Выработка целей цифровой трансформации госкомпании

Это направление цифровой трансформации может включать в себя такие направления работы как: создание целевой бизнес-модели, системы целей и ключевых показателей эффективности цифровой трансформации; определение стратегических направлений развития цифровой трансформации и горизонтов планирования стратегии цифровой трансформации.

Если опираться на достижения экономической теории и существующее правовое регулирование, целевая бизнес-модель должна включать описание целевой бизнес-модели госкомпании в контексте цифровой трансформации (или нескольких бизнес-моделей, если планируется использование более одной модели). При выборе целевой бизнес-модели учитывается текущее состояние и перспективы цифровой трансформации отрасли, уровень цифровой готовности (зрелости) госкомпании, ключевые возможности и вызовы для цифровой трансформации госкомпании.

Цели цифровой трансформации должны:

  • быть ориентированы на повышение конкурентоспособности госкомпании;
  • отвечать критерию экономической эффективности и включать оценку вклада цифровой трансформации в рост прибыли или другого аналогичного показателя госкомпании, а также оценку необходимых инвестиций в цифровую трансформацию и оценку их окупаемости;
  • быть направлены (согласно сфере деятельности госкомпании) на достижение «цифровой зрелости» ключевых отраслей экономики и социальной сферы, в том числе здравоохранения и образования, а также государственного управления в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 21 июля 2020 г. № 474.

Каждой госкомпании желательно декомпозировать систему ключевых показателей эффективности цифровой трансформации, включив в нее три уровня: (1) вклад цифровой трансформации в стратегические цели госкомпании (включая увеличение прибыли или аналогичного показателя, увеличение выручки или аналогичного показателя, снижение затрат или аналогичного показателя); (2) цифровая трансформация ключевых сфер деятельности госкомпании — взаимодействие с потребителями, разработка и эксплуатация продуктов (для применимых отраслей), операции и цепочки поставок, поддерживающие функции (управление кадрами, управление финансами, управление закупками, управление зданиями и офисами и пр.); (3) обеспечение базовых корпоративных условий для цифровой трансформации — цифровая инфраструктура и система управления данными, кадры, компетенции и культура для цифровой трансформации, модель управления цифровой трансформацией.

Целевые значения ключевых показателей эффективности цифровой трансформации должны рассчитываться на основании текущих показателей госкомпании, ее стратегических целей, отраслевых и кросс-отраслевых сопоставлений («бенчмарков»).

Госкомпаниям следует выбирать стратегические направления цифровой трансформации на базе интегральной оценки по критериям потенциала вклада направления в достижение стратегических целей госкомпании и уровня готовности госкомпании к цифровой трансформации направления. В перечень направлений цифровой трансформации госкомпании рекомендуется включать, но, не ограничиваясь, новую бизнес-модель (нескольких бизнес-моделей) и/или развитие дополнительных источников доходов, новые цифровые продукты и услуги, управление взаимоотношениями с потребителями, проектирование и инжиниринг, сервисное обслуживание, эффективность операций, управление цепочками поставок, управление кадрами, управление финансами, управление закупками. Для защиты информации, подлежащей защите в соответствии с законодательством Российской Федерации, необходимо использовать сертифицированные ФСБ России средства криптографической защиты информации (более подробно см. Постановление Правительства РФ от 30.06.2020 № 963 «О реализации пилотного проекта по использованию российских криптографических алгоритмов и средств шифрования в государственных информационных системах»).

При планировании стратегии цифровой трансформации рекомендуется выделять три горизонта планирования: краткосрочный — примерно 12 месяцев (целевые значения для ключевых показателей эффективности устанавливаются с детализацией по времени на год, для ключевых показателей эффективности по импортозамещению устанавливаются на ежеквартальной основе); среднесрочный горизонт — 35 лет (целевые значения для ключевых показателей эффективности определяются также с детализацией по времени на каждый год); долгосрочный горизонт — 10 лет.

Каждый следующий горизонт должен развивать и расширять ключевые результаты и приоритетные направления цифровой трансформации предыдущего горизонта.

Разработка дорожной карты цифровой трансформации госкомпании

Это направление цифровой трансформации предполагает следующие направления развития:

  • разработка и реализация инициатив по внедрению цифровых решений, по развитию цифровой инфраструктуры;
  • развитие поставщиков цифровых решений;
  • организационные мероприятия в рамках цифровой трансформации;
  • мероприятия по программному импортозамещению;
  • мероприятия по обеспечению информационной безопасности в рамках цифровой трансформации.

При планировании внедрения цифровых решений следует указывать полный перечень инициатив по направлениям цифровой трансформации, включая внедрение новых бизнес-моделей и развитие дополнительных источников доходов, взаимодействие с потребителями, операции и цепочки поставок, поддерживающие функции (управление кадрами, управление финансами, управление закупками, административно-хозяйственный отдел, юридическую службу и т. п.), а также по бизнес-направлениям и подразделениям госкомпании.

Желательно описывать применяемые подходы по выбору инициатив. При этом типовой подход включает формирование полного списка инициатив (на основании отраслевых практик, применимого опыта других отраслей, предложений от поставщиков и пр.) и отбор инициатив для внедрения (например, соответствие цифровой стратегии развития госкомпании, наибольший эффект для госкомпании, готовность инфраструктуры и др.).

Рекомендуется для каждой инициативы давать краткое описание, включая описание решаемой бизнес-задачи, описание внедряемого решения (используемые цифровые технологии), описание 510 ключевых вех реализации инициативы и определять сроки достижения каждой вехи, определять ответственное подразделение, другие подразделения головной компании и отдельные дочерние и зависимые общества.

Инициативы по развитию цифровой инфраструктуры должны включать описание требований к ИТ-инфраструктуре, ИТ-архитектуре, системе управления данными госкомпании, системе информационной безопасности и инструментам разработки цифровых решений (хранение кода, библиотеки разработки и т. п.). На основании требований к цифровой инфраструктуре и анализа ее текущего состояния формируется перечень инициатив по ее развитию с кратким описанием каждой инициативы (включая 510 ключевых вех реализации инициативы и сроки достижения каждой вехи, содержание работ, ответственное подразделение, операционные КПЭ, затраты).

Инициативы по развитию поставщиков цифровых решений должны включать определение ресурсов, которые будут задействованы при разработке и внедрении цифровых решений (собственные ресурсы или внешние поставщики); оценку объема работ для внешних поставщиков; установление подходов к работе с поставщиками (долгосрочная работа с ограниченным числом поставщиков и развитие их компетенций или выбор поставщика под каждую задачу и т. п.); программы и порядок работы со стартап-проектами; перечень инициатив по развитию поставщиков с кратким описанием каждой инициативы (включая 510 ключевых вех реализации инициативы и сроки достижения каждой вехи, ответственное подразделение).

По мнению Parfenova (2019), организационные мероприятия в рамках цифровой трансформации должны включать планируемые изменения в организационной структуре госкомпании в связи с цифровой трансформацией, создание центров цифровых компетенций, создание должности руководителя цифровой трансформацией (РЦТ, CDO/CDTO (Chief Digital Officer/Chief Digital Transformation Officer)), формирование его подразделения (офиса цифровой трансформации), описание функций, должностных обязанностей и полномочий. При этом желательно разрабатывать и утверждать перечень организационных мероприятий в рамках цифровой трансформации с кратким описанием каждого мероприятия (включая 510 ключевых вех реализации мероприятия и сроки достижения каждой вехи, ответственное подразделение).

Мероприятия по импортозамещению являются обязательной частью стратегии цифровизации любой госкомпании, включают перечень мероприятий, направленных на обеспечение перехода госкомпании на преимущественно использование российского программного обеспечения и радиоэлектронной продукции российского происхождения. Kirdina (2012) также отмечает, что госкомпаниям обязательны и мероприятия по обеспечению информационной безопасности в рамках цифровой трансформации, которые включают мероприятия, направленные на реализацию правовых, организационных, технических и иных мер обеспечения информационной безопасности. При этом выбор правовых, организационных, технических и иных мер обеспечения информационной безопасности должен быть направлен на предотвращение негативных последствий для деятельности госкомпаний, в том числе предотвращение нарушения функционирования информационной инфраструктуры госкомпаний и утечки защищаемой информации.

Госкомпаниям на уровне локальных правовых актов предписано устанавливать перечень мероприятий, направленных на реализацию правовых, организационных, технических и иных мер обеспечения информационной безопасности в рамках цифровой трансформации с кратким описанием каждого мероприятия (включая ключевые вехи реализации мероприятия и сроки достижения каждой вехи, ответственное подразделение). При этом ответственным подразделением за реализацию мероприятий по обеспечению информационной безопасности в рамках цифровой трансформации является подразделение по информационной безопасности госкомпаний.

Для госкомпаний, являющихся субъектами критической информационной инфраструктуры Российской Федерации, реализация мероприятий по обеспечению информационной безопасности в рамках цифровой трансформации осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности критической информационной инфраструктуры Российской Федерации.

Совершенствование «качества» кадрового состава госкомпании и формирование культуры цифровой трансформации

Это направление цифровой трансформации включает в себя деятельность по таким направлениям как:

  • выработка модели цифровых компетенций и кадрового обеспечения цифровой трансформации госкомпании;
  • оценка потребности в кадрах, обладающих специальной компетенцией;
  • обучение цифровым навыкам и развитие цифровых компетенций сотрудников госкомпании;
  • управление сотрудниками цифровых специальностей;
  • планирование и проведение мероприятия по развитию цифровой культуры и культуры информационной безопасности госкомпании.

Моделирование цифровых компетенций и кадрового обеспечения цифровой трансформации госкомпании включает в себя: описание модели цифровых компетенций (или инициативы по внедрению модели цифровых компетенций); перечисление специальностей, востребованных в условиях цифровой экономики, с их описанием в терминах модели цифровых компетенций; расчет потребности в кадрах на основании портфеля инициатив цифровой трансформации с учетом стратегии компании по выбору поставщиков цифровых решений или внедрению цифровых решений собственными силами («сорсинг-модели»); привлечение кадров для реализации мероприятий по цифровой трансформации госкомпании (наем, развитие собственных кадров и пр.).

Обучение цифровым навыкам и развитие цифровых компетенций сотрудников госкомпании предполагает разработку образовательных программ и оценку численности сотрудников госкомпании для прохождения обучения компетенциям и технологиям, востребованным в условиях цифровой экономики.

Образовательные программы (курсы) госкомпании могут проводиться с использованием собственных ресурсов госкомпании или на базе сторонних образовательных учреждений. Для руководителей госкомпании желательно предусматривать отдельные программы обучения.

Как справедливо отмечают Kolychev et al. (2019), в перечень компетенций и технологий, которым обучается персонал, должны входить знания и навыки в области информационной безопасности. Перечень знаний и навыков в области информационной безопасности должен быть согласован с мероприятиями по обеспечению информационной безопасности.

Отдельного внимания заслуживает управление сотрудниками цифровых специальностей: особенности найма персонала; создание условий работы (например, особый график работы и условия работы в офисе); учет особенностей планирования карьеры (например, экспертные карьерные траектории); учет особенностей мотивации (например, усиление связи вознаграждения сотрудников госкомпании с результатами инициатив цифровой трансформации); особенности программ развития навыков и другие факторы.

Планирование и проведение мероприятия по развитию цифровой культуры и культуры информационной безопасности госкомпании включает в себя такие инициативы, как внедрение клиентоориентированных подходов в работе, практик работы в условиях постоянно меняющихся требований (англ. agileи дизайн-мышления, внедрение продуктоориентированного подхода в работе, сервисов обратной связи для сотрудников госкомпании, а также соблюдения организационных мер защиты информации и требований законодательства Российской Федерации, в том числе в части использования сертифицированных средств защиты информации.

Заключение

Произведя формально-юридический анализ нормативных актов в сфере цифровой трансформации госкомпаний, Gubin (2020), предлагает модель управленческого процесса — поэтапного внедрения цифровизации в деятельность некоммерческой организации, который в результате сможет повысить ее экономическую ликвидность.

Данная модель состоит из четырех основных этапов: анализа текущего состояния и перспективы цифровой трансформации госкомпании; выработки целей цифровой трансформации госкомпании; разработки дорожной карты цифровой трансформации госкомпании; совершенствовании «качества» кадрового состава госкомпании и формирование культуры цифровой трансформации.

Базой формирования оптимальной модели цифровой трансформации организации является проведение аналитических мероприятий по исследованию динамики спроса и предложения с появлением новых онлайн-платформ и цифровых экосистем, изменения в технологических векторах цифровой трансформации, изменения в качестве внешних условий для цифровой трансформации. При этом важным направлением выступает оценка рисков и угроз информационной безопасности, которая позволит сформировать оптимальную базу для выбора правовых, организационных и технических мер по обеспечению информационной безопасности в ходе реализации цифровой трансформации.

При этом выбор правовых, организационных, технических и иных мер обеспечения информационной безопасности должен быть направлен на предотвращение негативных последствий для деятельности госкомпаний, в том числе предотвращение нарушения функционирования информационной инфраструктуры госкомпаний и утечки защищаемой информации.

На основании вышеизложенного следует сделать вывод об особой юридической природе госкомпаний, которая совмещает в себе признаки юридического лица с государственным участием, но по своей экономической сути, представляет иную форму собственности (государственно-частную). То есть, фактически, государственные корпорации должны действовать наравне с остальными участниками рынка и не могут иметь каких-либо привилегий, за исключением привилегий, предусмотренных в целом для некоммерческих организаций. С другой стороны, с позиции правового регулирования (наличие отдельных федеральных законов, регламентирующих их деятельность), госкомпании безусловно становятся более «наглядными» для понимания государственной концепции внедрения цифровой трансформации.

Список литературы

1. Álvarez Royo-Villanova, S. (2020). Digitalization: How will it work in practice? ERA Forum, 21(2), 221–234. https://doi.org/10.1007/s12027-020-00607-9

2. Falch, M., & Henten, A. (2018). Dimensions of broadband policies and developments. Telecommunications Policy, 42(9), 715-725. https://doi.org/10.1016/j.telpol.2017.11.004

3. Frolov, Yu., & Bosenko, T. (2020). The impact of armed conflict on economic performance and enterprise value in the country. Economic Annals-XXI, 182(3-4), 49–55. https://doi.org/10.21003/ea.V182-06

4. Gubin, E. P. (2018). Pravovye aspekty povyshenija kachestva korporativnogo upravlenija v kompanijah s gosudarstvennym uchastiem [Legal aspects of the increase of corporate management quality in publicly-owned companies]. Predprinimatel’skoe Pravo. Prilozhenie «Pravo i Biznes», (2), 35–40.

5. Karasev, A. T., Kozhevnikov, O. A., & Meshherjagina, V. A. (2019). Cifrovizacija pravootnoshenij i ee vlijanie na realizaciju otdel’nyh konstitucionnyh prav v RF [Digitalization of legal relations and its impact on implementation of particular constitutional rights of citizens in the Russian Federation]. Antinomii, 19(3), 99–119. https://doi.org/10.24411/2686-7206-2019-10005

6. Kirdina, S. G. (2012). Rossijskie goskorporacii — Otvet na global’nye jekonomicheskie vyzovy [Russian state corporations — Response to global economic challenges]. Akademicheskij Vestnik, 2(20), 184–188.

7. Kolychev, V. D., Belkin, I. O., & Udovidchenkov, R. S. (2019). Specifika i rezul’tativnost’ programm razvitija upravlencheskih kompetencij kadrovogo rezerva [Specificity and effectiveness of the programs for the development of managerial competencies of personnel reserve]. Vysshee Obrazovanie v Rossii, (11), 134–143. https://doi.org/10.31992/0869-3617-2019-28-11-134-143

8. Parfenova, D. A. (2019). Gosudarstvennye korporacii i ih rol’ v vozrozhdenii i modernizacii rossijskoj promyshlennosti (na primere gosudarstvennoj korporacii «Rosteh») [State corporations and their role in the revival and modernization of Russian industry (on the example of the state Corporation «Rostec»)]. Via Scientiarum — Doroga Znanij, (2), 40–45.

9. Tadayoni, R., Henten, A., & Sørensen, J. (2018). Mobile communications — On standards, classifications and generations. Telecommunications Policy, 42(3), 253–262. https://doi.org/10.1016/j.telpol.2018.01.001

10. Williams, I., Falch, M., & Tadayoni, R. (2018). Internationalization of e-government services. 11th CMI International Conference, 2018: Prospects and Challenges Towards Developing a Digital Economy within the EU, Article 8624828, 19–31. https://doi.org/10.1109/PCTDDE.2018.8624828


Об авторах

А. В. Савоськин
Уральский государственный экономический университет
Россия

Савоськин А. В. доктор юридических наук, доцент, заведующий кафедрой конституционного и международного права 

620144, Россия, Екатеринбург, ул. 8 Марта, 62



Н. А. Рожкова
Уральский государственный экономический университет
Россия

Рожкова Н. А. магистрант 

620144, Россия, Екатеринбург, ул. 8 Марта, 62



Просмотров: 46


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 2686-9136 (Online)